Необходимо было выяснить.

Движение становилось все плотнее. На Шестой авеню автобус, который и так двигался в час по метру, совсем остановился, и двери с шумом распахнулись. Вглядываясь вперед, через головы Каваноу заметил, что водитель слез по ступенькам, швырнул фуражку на мостовую, плюнул на нее и понурив голову растворился в толпе.

Каваноу выбрался из автобуса и побрел на запад через весь этот бедлам. Заливались автомобильные гудки, сирены визжали; через каждые пятнадцать ярдов была драка, а в каждой десятой драке участвовал полицейский. Вскоре стало яснее ясного, что до Бродвея Каваноу никогда не добраться. Он с боями прорвался до Шестой и повернул на юг.

Динамик над лавкой грампластинок ревел песенку, которую Каваноу прекрасно знал и терпеть не мог, но вместо слишком хорошо знакомых слов хриплый женский голос распевал:

Акремкуки шизы ж Бушозоу, акремкуки шизы зомажми-иш ..

Музыка же была до боли знакомой.

Уличный указатель прямо перед глазами гласил: 13 ФРЛФ. Даже номера перепутались.

У Каваноу заныло сердце. Он зашел в бар.

Там дела шли полным ходом. Никакого бармена не было и в помине, но добрая треть посетителей орудовала за стойкой, обслуживая остальных и выдавая по бутылке каждому.

Каваноу локтями пробился в первые ряды и оказался в замешательстве, отхватив сразу две бутылки с надписями на этикетках соответственно "ЦИФ-05" и "Цитлфиотл". Ни одна из надписей особого аппетита не вызывала, но янтарная жидкость в обеих бутылках выглядела подходяще. Он остановился на "Цитлфиотле". Взбодрившись после второго глотка, Каваноу осмотрел бар и определил, где находится радио.