На Восьмой авеню, к югу от Сорок первой, на глаза Каваноу попалось припаркованное к тротуару желтое такси. Водитель стоял у стены под указателем "Рери-Реви" и разговаривал сам с собой, яростно при этом жестикулируя.

Каваноу ухватил шофера за рукав и настойчиво замахал в южном направлении. Водила лишь мельком на него глянул, прочистил глотку, отодвинулся вдоль стены фута на два и возобновил прерванные рассуждения.

Вне себя от ярости, Каваноу немного поколебался, а затем, пошарив в карманах, достал оттуда бумагу и ручку. Он обнаружил конверт со своим революционным алфавитом, нашел свободное место, а затем стремительно набросал там следующий рисунок:

img src=vsadnik.gif alt="Рисунок всадника на коле с мечом"

Водитель вначале утомленно взглянул на бумажку, а затем уже с некоторым проблеском внимания. Каваноу ткнул пальцем в рисунок и вопросительно посмотрел на таксиста.

Поначалу шофер не понял.

- Внакджо? - отважился он.

Маловато слогов. Каваноу покачал головой и снова ткнул пальцем в рисунок.

- Покетиб?

Каваноу кивнул. Похоже на правду.

- Покетиб... Покетиб... - На лице у водилы постепенно появилось просветленное выражение. - Згрук! Покетиб-згрук!

- Ну вот, ты и понял, - облегченно вздохнул Каваноу. Шеридан-сквер. Покетиб-згрук.

Уже на полпути к машине водитель вдруг резко притормозил, будто что-то припоминая, и красноречиво протянул руку.

Каваноу вынул из кармана банкноты и помахал ими перед носом у шофера. Тот покачал головой.

- Бу минтык, - с грустью произнес он и повернул обратно к стене.

Двадцатью минутами позже Каваноу оказался беднее на один тридцатикаратовый бриллиант, а водитель такси с милой улыбкой на честном лице открывал для него дверцу машины на западном углу Шеридан-сквера - в нескольких ярдах от серой, как пуля, статуи генерала.