Первая мысль Каваноу была о "Хассельбладе". Он схватил камеру, треножник и все прочее и оттащил свое хозяйство к безопасному месту за креслом. Затем прошел к камину и взял с решетки кочергу. Крепко сжимая грозное оружие, он стал наступать на Хулигана.

Тот устремился навстречу, ухмыляясь и кивая. На расстоянии двух шагов Хулиган остановился, отвесил поклон и поднес к глазам Каваноу какой-то белый диск.

На диске проступила картинка.

Цветная и объемная, она изображала десятидюймового Каваноу, склонившегося над треногой. Руки его быстро двигались, складывая кусочки, затем мини-Каваноу отступил и с явным удовлетворением уставился на продолговатую коробочку с выступающим спереди хромированным цилиндриком, что появилась на крышке треноги. "Хассельблад".

Каваноу опустил кочергу. С отвалившейся челюстью он уставился на опустевший уже диск, затем на лиловую физиономию Хулигана и серебристую поросль на его голове - нечто среднее между волосами и перьями...

- Как это получилось? - потребовал он ответа.

- Полусися, - не моргнув глазом ответил Хулиган. Он качнул диском в сторону Каваноу, указал на свою голову, затем на диск, затем на голову Каваноу, затем снова на диск. Наконец он протянул штуковину Каваноу, почему-то склонив голову набок.

Каваноу опасливо взял диск. Руки его покрылись гусиной кожей.

- Хочешь знать, не я ли сделал камеру? - на пробу спросил он. Так, что ли?

- Сто ли, - отозвался Хулиган. Он снова поклонился, дважды кивнул и выпучил глаза.

Каваноу размышлял. Уставившись на диск, он представил себе необъятную машину с великим множеством разных приводных ремней и прочих движущихся частей, где все отчаянно крутится и вращается. Ага, вот она немного корявая, правда, но ничего. С одной ее стороны Каваноу прилепил загрузочное устройство, заставил человечка подойти к нему и высыпать целую бадью металлолома, а затем показал выходящие сплошным потоком с другой стороны фотокамеры.