Эрлмен снова указал на карту: - Тогда для чего же все это?

- Объединение усилий. - Дон уселся на край кровати. - Полицейские не могут его засечь до тех пор, пока не увидят, а этого-то он как раз и избегает. Почти всегда он теряется в толпе, а лучшей маскировки не придумаешь. Не забывай, Макс, он "видит" все наши ловушки, а раз так, ему увернуться не хитрость.

- Тогда это дохлый номер. - Эрлмен в сердцах придавил каблуком сигарету. - Что ни делай, куда ни подайся, его не поймаешь. Выходит, я зря старался, Дон?

- Нет.

- Но...

- Теперь вопрос, кто кого перехитрит: он меня или я его, - сказал Дон. - До сих пор я действовал так, будто это почти обычная операция. Полагался на помощь извне, даже пытался добиться подмоги специалистов. Но это все не годится. Теперь я попробую сыграть на его же слабых струнках. - Он еще раз взглянул на список, который держал в руках. - Вот что, уходите оба. Мне надо побыть одному.

Бронсон не шелохнулся.

- Слыхал, что сказано? - Эрлмен распахнул дверь. - Убирайся!

Бронсон медленно встал. Он уставился на Дона, и глаза его сверкнули.

- Никуда я не ухожу, - устало сказал Грегсон. - Если хочешь, жди за дверью.

Оставшись один, Дон расшнуровал башмаки, ослабил галстук и снял пиджак. Погасил свет, лег на постель, устремил взгляд в окно, поблескивавшее отраженными огнями. Расслабил все мышцы.

Он всегда так поступал: даст телу полный отдых, а мысль тем временем перебирает и оценивает тысячи собранных сведений и подробностей и приходит к догадке, и это вовсе не догадка, потому что он еще ни разу не ошибся.

Но на этот раз нужно сделать больше, на этот раз его противник человек, который "предвидит" будущее, и ему, Дону, надо "предвидеть" дальше.

Дыханье Дона стало мерным, ровным и глубоким - это была первая стадия самогипноза. Теперь звуки извне уже не мешают ему, ничто его не отвлекает, он может безраздельно сосредоточиться на своей задаче.