Магда презрительно улыбнулась и снова закурила. А потом с деланной ленцой в голосе обратилась к доктору Гисслеру:

- Доктор, значит, ваш правнук не подходит в качестве материала для эксперимента?

Все трое присутствовавших мужчин - профессор, генерал и Курт - онемели от такой дерзости.

Но доктор Гисслер оставался спокойным:

- Нет, Магда, вы же прекрасно знаете, что его отец был евреем. Но если вас интересует, отдал бы я собственного правнука на корм вампирам ради нашего эксперимента, то знайте: отдал бы. Потому что наш эксперимент - на благо Германии. А ради блага Германии я готов пожертвовать всеми своими близкими.

- Значит, Лизе-Лотта может быть использована, как материал, прошептала Магда, искоса поглядывая на Курта.

- Не говорите глупостей, Магда. Вы прекрасно знаете, какую ценность представляет для меня Лизе-Лотта! Я старый человек. Очень старый. Я нуждаюсь в постоянном уходе. А какой наемный работник сможет дать мне столько самоотверженной заботы, сколько дает мне она? Какой наемный работник будет столь внимателен и проявит столько ответственности, чтобы помнить все, что мне необходимо в путешествии или в случае обострения какой-либо из моих болезней. Нет уж, фрау фон Далау, - усмехнулся доктор Гисслер. - Заботливая сиделка мне даже нужнее, чем хороший лаборант. Так что я скорее пожертвую вами, чем Лизе-Лоттой.

- Надеюсь, фрау Шарлотта не будет участвовать в экспедиции? - подал голос Курт.

Магда скрипнула зубами. Ну, почему он всегда произносил имя этой бесцветной дурочки с таким почтением, даже с... С любовью?!

- Разумеется, поедет. И я только что объяснил вам, почему, - ответил Гисслер.