Книва тогда мал еще был, сидел на плече у своего отца Фретилы и смотрел, как умирал квеман. Долго умирал и кричал громко. В тот год засуха началась, если бы не жертва, зерно бы в полях сгорело. Но Тивас-бог принял квемана и дал дождь.
"Это оттого, - назидательно сказал потом Фретила, - что квеман был правильный".
- Правильный квеман, - пробормотал, сам того не замечая, Книва.
- Тихо ты! - яростно прошипел Нидада и толкнул Книву локтем.
Мошкары в прибрежных зарослях, где хоронились Книва с Нидадой, оказалось видимо-невидимо. А как стемнело, так и вовсе невмоготу стало.
Не любят квеманы света дня. Оттого и веселятся всегда по ночам, когда злые духи по миру бродят. В селе говорят: квеманы со злыми духами заодно и под них рядятся. Когда в бой идут, черные одежды на себя надевают. У них и щиты черные, и лица они сажей вымазывают.
Однако нынче квеманы в белые одежды обрядились. И без оружия были. Шли не таясь. Знали, на своих землях. Духи ночные пронзительными голосами в чаще кричали - квеманов приветствовали.
Книва даже про мошкару забыл. Сидел, потел, тискал древко рогатины. Страшно! Кажется: весь лес квеманами полон, вот сейчас раздвинутся кусты и встанут вокруг квеманы тесной толпой. И такая слабость навалилась вдруг на Книву, что возникни рядом квеманы - он дался бы им без всякого сопротивления.
Рядом судорожно вздохнул Нидада. Как всхлипнул.
"Небось тоже перетрусил", - подумал Книва, и от этой мысли ему сразу стало легче.
И злость пришла: на дурака Нидаду и на себя, что этого дурака послушался. А со злостью пришла ярость - холодная, как ключевая вода. Пришла - и вымыла все лишнее: мысли дурные, страхи. Тени перестали казаться личинами злых духов, а все звуки обрели правильный смысл, понятный охотнику. Книва даже усмехнулся, когда вспомнил свой недавний страх, будто окружили их квеманы. Книва потянул носом воздух: медленно, принюхиваясь, как Фретила, отец, учил. Точно. Не было рядом квеманов. Далеко они были, не ближе полета стрелы. Огни жгли: от костров сырым дымом несло. Один только Нидада рядом сидел, пыхтел и потел. Трусил.