– Согласен, – Павел кивнул и повернулся к двери.

– Паш! – неуверенно остановил его начальник аэроклуба, – ты хоть смеяться можешь?

Павел подумал и спросил:

– А зачем?

Он не понимал смысла вопроса.

Валерий Иванович внимательно осмотрел его, выпячивая от раздумий нижнюю челюсть, кашлянул и махнул рукой, прогоняя из кабинета.

Теорию Павел сдал на отлично, тренажер прошел, как детскую забаву, а медицина чуть не зарубила. Психолог полдня гонял по тестам претендента в курсанты, периодически подсовывая карточки с «кляксами» Роршаха и требуя объяснений от Павла: что он на них видит? Кроме того, каждую минуту он задавал дурацкие вопросы или декламировал неоконченные предложения, с сомнением посматривая на испытуемого, когда тот, почти без паузы, завершал предложения, но, очевидно, не так, как записано в психологических кондуитах.

– У нее были усталые глаза… – начинал психолог.

– Повернутые внутрь, – тут же заканчивал Павел.

– Что вы видите в этой кляксе, как вы изволите ее называть? – приставал врач.

– Последствия совокупления мужских и женских хромосом.

– Что?!.

– Только что родившийся мышонок, – пояснял Павел.

– Ага….Понятно, – рассеянно говорил психотерапевт. Но было заметно, что ему ничего не понятно.

– Слон имеет ноги в виде колонн, хобот гибкий, как змея, и…

– Поделившись впечатлениями от ощупывания слона, пятеро слепых пошли в сторону пропасти.

– Значит, так, – кивал головой экзекутор, – разбились…

Пустая болтовня надоела Павлу. Но все-таки они добрались до окончания пытки для обоих. В заключении эксперт написал: «Неадекватные реакции в необычных ситуациях. Допуск к самолетам на усмотрение руководства».

Валерий Иванович долго вчитывался в эту фразу, будто смакуя ее, неоднократно тянулся к телефону, но так и не позвонил. Решившись, протяжно вздохнул и с неприязнью сказал: