В детстве, когда реализовать желание самому было трудно, и за Кирилла желал отец, вариатор представлялся ему добрым волшебником. Потом, в подростковом возрасте, когда наступил период разочарований, юноша считал вариатор обычной железкой. Кучей проводов и микросхем. Теперь, получив образование, Кирилл склонялся к мнению, что вариатор представляет собой огромный биокомпьютер. Недаром же люди, загадывающие желание, сдавали кровь. Скорее всего, она нужна была не только донорским центрам, но и требовалась для функционирования нейронных сетей компьютера.

Интересно было бы посмотреть на вариатор вблизи. Но можно ли его увидеть? Скорее всего, как единого целого вариатора просто не существует. Где-то стоит несколько блоков с микросхемами, где-то в баке с питательной жидкостью плавают биологические части машины, а элементы памяти и сенсоры разбросаны, наверное, по всему дворцу…

Размышляя, Кирилл добрался до первой двери. Толкнув ее, он переступил порог и оказался в большом светлом зале. Посреди зала плескался бассейн с прозрачной голубоватой водой. В воздухе над бассейном сияли две радуги – крест накрест. А из воды что-то вылезало.

Никогда прежде Кирилл не испытывал такого ужаса. То, что лезло из бассейна, напоминало гигантского спрута коричневого цвета. Щупальца, присоски, огромная голова, блестящая в свете ламп дневного света…

С трудом сдержав крик, Кирилл попытался ретироваться. Но дверь за ним захлопнулась и не желала открываться. Молодой человек, срывая ногти, пытался открыть дверь, одновременно оглядывая зал с бассейном. На другом конце был еще один выход, закрытый воротами, но до него никак не добраться. Туша спрута преграждала дорогу.

– И как он сюда попал? – лихорадочно соображал Кирилл. – Что это вообще такое? Протоплазма? Мозг, который управляет вариатором? Для мозга он слишком шустр…

– Я не мозг, – раздался голос в голове у Кирилла. – Я тот, кого вы зовете вариатором.

Кирилл замер, вглядываясь в тушу, которая вылезла из бассейна и устроилась на бортике. Веса в неведомом существе было минимум тонны три.