Что же касается Пино Мортусяна, то плевать ему было на все достоинства "Бригантины", потому что ему по горло хватало своих обязанностей бортового космобиолога, и даже больше чем хватало. В течение рейса он брюзжал и ругался так, что можно было с уверенностью сказать: этот человек никогда больше не подойдет к ракете ближе чем на четверть экватора. Но "Бригантина" готовилась к очередному рейсу, и за день до отлета на борту исправно появлялся Пино со своей традиционной воркотней. Впрочем, ворчал биолог не постоянно: ступая на твердую почву - будь то Земля или один из спутников, он становился нем, как карп. По всей вероятности, именно этого качества и не хватало предыдущим космобйологам "Бригантины".

- К сведению экипажа, - сообщил капитан: - через четыре часа генеральная уборка. Всем надеть биологические скафандры. Вам тоже, Санти, хоть вы и возьмете на себя управление. Еще через шесть часов торможение и одновременно - дезинфекция.

- Охо-хо... - Мортусян оттянул крепежный пояс и перевернулся на другой бок. - Опять этот винегрет из кошмаров. Ну начали бы дезинфицироваться на два часа пораньше, как будто от этого что-то изменится...

Капитан и головы не повернул.

- Есть генеральная чистка, капитан, - бойко отозвался Санти и звякнул серьгой.

Мортусян прекрасно помнил, как появилась эта серьга: в самом начале рейса, как только корабль взял разгон и было снято ускорение, капитан, по обыкновению, стянул с себя обязательный синтериклоновый комбинезон. Пино забрался в уголок и потихонечку сделал то же самое, так как все это повторялось каждый рейс и капитан ни словом не обмолвился по поводу такого нарушения инструкций сектора безопасности.