– Ты что? – спросила Корина.

– Незнакомые запахи… – рыкнул волк. – Пахнет какой-то птицей… кажется, вороном.

Корина подошла к сундукам колдуньи, стоявшим в дальнем углу пещеры, и стала нетерпеливо в них копаться.

– Ищи, Нарк, ищи! – крикнула девочка. – Где-то здесь должна быть спрятана книга. Очень старая книга…

– А что такое книга? – осведомился волк. – И как она пахнет?

Корина только досадливо махнула рукой.

Как она и ожидала, в сундуках не было ничего интересного. Только на дне одного из них, под одеялом из овчины, девочка с удивлением обнаружила роскошное платье, расшитое жемчугом и бриллиантами, и здесь же – небольшой овальный портрет. На нем была изображена очень красивая темноволосая женщина с карими глазами и недоброй улыбкой.

– А это еще кто? – недоуменно спросила девочка. – И откуда здесь такое прекрасное платье и этот портрет?

Нарк подошел и заглянул в сундук.

– Платье я узнаю, – сказал он спокойно. – А этот порт… порт… как ты назвала эту маленькую штуку?

– Портрет, – объяснила Корина. – Их рисуют художники – так мне говорил Рон. Но кто эта красавица?

– Как кто? – удивился волк. – Гингема, конечно.

– Но она же была…

– Гингема могла менять внешность, – усмехнулся волк. – Когда я первый раз встретил ее в лесу, она была точно такой, как на этом порт… портрете.

Нарк рассказал девочке о той давней встрече среди папоротников, о том, как высокая красавица мигом превратилась в косматую старуху с крючковатым носом.

Корина с изумлением выслушала эту историю.

– Почему же ты раньше мне никогда не рассказывал? – воскликнула она.

Волк в раздумье почесал лапой за ухом.

– А зачем? Я думал, ты все знаешь о старой хозяйке, о том, что она была когда-то в Большом мире этой… как ее… забыл.

– Кем, кем? – возбужденно спросила Корина. – Ну же, Нарк, дорогуша, вспомни… Вспомни, пожалуйста!

Волк тоскливо уставился в низкий сырой потолок пещеры. Когда-то давно старая хозяйка что-то рассказывала ему о Большом мире. Тогда Гингема еще порой грустила о прошлом и, не имея другого собеседника, многое рассказывала Нарку, своему единственному слушателю.