- Не шумит, почти ничего не весит. И я не просто сжег пять мишеней. Я уложил пятерых из шести вооруженных людей. А шестой только что убил меня. - Вы добиваетесь совершенства. - Иначе в моем деле нельзя. Не доживешь и до двадцати пяти. - Вы часто практиковались, когда... - Киношита замялся, подбирая нужное слово. - Был жив? - сухо спросил Найтхаук. - Скажем так: когда вы активно занимались бизнесом. - Нерегулярно. Но я привык к своему телу и оружию. Принцип действия оружия не изменился, - он указал на лежащие на столе сонары и пистолеты, но они стали легче. Приходится вносить коррективы. Опять же, у меня идеальное тело, приходится приспосабливаться. - А это проблема? - Естественно! - Почему? - В двадцать восемь лет я сломал руку, - пояснил Найтхаук. - Раньше я этого не замечал, но теперь оказалось, что пистолет я держу иначе. Опять же, в молодости в меня всаживали пули, жгли лазером. Так что сейчас мое тело ведет себя по-другому. Разница невелика, но она есть. А ты знаешь, как легко промахнуться. Киношита отдал короткий приказ управляющему компьютеру, и в двухстах ярдах появились шесть новых мишеней. Найтхаук окинул их взглядом, потом поднял лазерный пистолет. Послышалось тихое жужжание, мгновение спустя все мишени вспыхнули. - Время? - спросил он. Киношита взглянул на автоматический таймер. - Три и восемьдесят шесть сотых секунды. Найтхаук положил лазер рядом с остальным оружием. - Лучше. Не то, что надо, но уже лучше. - Он повернулся к Киношите. Пора что-нибудь выпить. Вечером постреляем опять, а завтра перейдем на движущиеся мишени. Расстрелять шесть мишеней за три секунды не так уж сложно, если для того, чтобы вытащить оружие, хватает двух секунд. Движущаяся дорожка пронесла их мимо внушительного особняка. Десятки машин сновали по парку, собирали упавшие листья, косили траву, удобряли лужайки. Робот-горничная выехала из одного бунгало и двинулась к соседнему. - И сколько гостей можно тут разместить? - спросил Найтхаук.