"Прямо белая косточка голубых кровей, - ошарашено подумал Таксон Тей. - Франт. Но в эти-то времена - откуда?!"

Подойдя к люкс-вагону франт равнодушно скользнул взглядом по Таксону Тею и остановился.

- Отсюда все? - спросил он у увальня с полным безразличием, словно ответ его абсолютно не интересовал.

- А не сезон для толстосумов, вашество! - почему-то радостно гыгыкнул увалень.

- Да, не сезон... - неожиданно согласился франт. Но Таксон Тей почувствовал, что и на это - сезон, не сезон - ему наплевать.

Франт поднял к лицу правую руку и уставился на револьвер, словно недоумевая, каким образом в ней оказалось оружие.

Проводник судорожно глотнул воздух и задышал ещё надрывнее. Таксон Тей не понимал испуга проводника. От франта не исходило угрозы. Лишь скука и равнодушие. Таксону Тею ничего не стоило заставить его спрятать револьвер и продолжить высокомерное шествие вдоль состава. Но он не сделал этого.

И поплатился. Он не знал, что убивать можно и со скуки.

- Жаль... - протянул франт и нажал на курок. И прямо в лицо Таксону Тею полыхнуло пламя выстрела.

Проводник ёкнул, увидев посреди лба своего пассажира маленькую аккуратную дырочку, и мешком осел на землю.

Кажется, впервые за сегодняшний день на лице франта появилась заинтересованность. Он с удивлением уставился на два лежащих тела.

- Поди обмарался по самые уши! - заржал увалень и пнул ногой проводника.

Щека франта дёрнулась, брезгливость в удвоенной мере, будто компенсируя своё минутное отсутствие, проступила на лице. Он опустил револьвер в кобуру и продолжил свой неторопливый путь вдоль состава.

Глава вторая

Ровно в 7.30 на дисплее анализатора состава крови возникла бледная парабола инъекции адреналина. По мере своего роста кривая все больше набирала яркости.