Город был, однако, покинут не совсем: не то снова приезжали переселенцы, не то наведывались пираты. Длинный шпиль у храма на городской площади был починен недавно, и на стапелях в доке сидел новый корабль с одинокой мачтой и пустыми уключинами для весел. Киль его, восемнадцати метров длиной, был вытесан из одного куска дерева, и с обоих его концов удивленно посматривали на землян два резных длинношеих дракона.

Ванвейлен осмотрел корабль и сказал:

- Вот на этот корабль мы погрузим вон то золото, и доплывем на нем до материка.

Накануне отплытия, когда круглый корабль качался в бухточке, к Ванвейлену, скорчившемуся у костра, подошел Бредшо. Ванвейлен, сев на корточки, выгребал из углей завернутую в пальмовые листья дикую курицу, рецепт, подсмотренный у местного населения.

- Неужели вы действительно думаете дотащить все это золото до "Ориона"?

- Да.

- Глупо. А знаете ли вы, во сколько раз грамм золота дешевле грамма рения?

- Жаль, что горожане забыли спрятать свой рений в тайники.

- Глупо. Нас убьют за это золото.

- Нас убьют и без него. А вы что, боитесь, что мы потонем в море?

- Просто я не люблю деньги.

- Мистер Бредшо, если человек говорит, что он не любит деньги, это значит, что деньги его не любят.

Бредшо пожал плечами, и они некоторое время в молчании ели курицу. Курица была божественная. Аромат ее возносился над опустевшим городом, и местные голодные боги свесились с облаков на запах и жадно глотали слюнки.

- Кстати, - полюбопытствовал Бредшо, - откуда на вашем корабле бортовые лазеры? И почему вы не стали стрелять в пиратов?

- Вас побоялся, - сказал Ванвейлен, - думаю, сидит невинный геофизик, испугается, донесет.

- Да, - сказал Бредшо, - испугался помидор помидора.

Помолчал и прибавил: