- Я слышал, ты быстро идешь на поправку, - начал Веог, поглаживая правую половину окладистой бороды, правую - поскольку левая была выдрана безжалостными поклонницами.

- Скоро выпишут! - подтвердил я, покусывая ус.

Я прежде всегда непроизвольно покусывал ус, когда предчувствовал выгодное дельце.

- И у тебя есть шлюп, - продолжал Веог Лоор, мученически глядя мне в глаза.

- Сколько? - спросил я.

- На огрызок от яблока Гисперид, - был его ответ.

- Нет, ну что вы, профессор? Мы давнишние приятели, Веог! Грешно наживаться на дружбе, - вспыхнул я от ушей и до кончика хвоста.

- Тогда по рукам!

- А в чем там дело? - осведомился я, потирая ущибленую ладонь.

- Ты мне тоже не поверишь! Лучше, один раз увидеть, чем сто раз услышать! - парировал Веог Лоор, - Но сойти с ума там можно без особых хлопот, - по-отчески предупредил он затем, - Cильно удивлюсь, если ты продержишься неделю.

На том и расстались.

А в Понедельник я уже бесстрашно припланетился на Гудвине.

Ну, да за свой рассудок мне не стоило беспокоиться, так я по меньшей мере считал - ведь нельзя же сойти с того, на что не вставал.

Я быстро разбил лагерь, это мне тоже, как "дважды два", отобедал и заснул покойным сном, доверив охрану последней модели РСЗЛ (Если кто не знаком с новомодной аббревиатурой, это - рациональная система замена личности).

Мне грезилась степь, русские приволья, заходящее солнышко и неумолимые стрибы, так и веющие, нахалы, стрелами на хоробрые полки Игоревы, на поверку оказавшиеся одним, крайне разнузданным войсковым соединением.

И все-таки я почти с нежностью вспоминаю те молодые далекие годы, когда под видом варяга я затесался среди ближних Север-новгородского, или, может, Новгород-Северского князя.

На веселом пиру я улучил момент и, наконец, выяснил вопрос, столь занимавший наших ученых: