В наследство Гуго достались несколько замков, земли отца, благосклонность его грансеньора графа Шампанского, а также эта голова, хранящаяся в отделанной золотом шкатулке, на которой было начертано арабской вязью одно слово: "абуфихамет". Точного значения этого слова он не знал, но оно имело какое-то отношение к сверхъестественному началу, - так говорил отец перед своей смертью. Перед кончиной отец попросил всех домочадцев удалиться и оставить его наедине с сыном. Прежде он часто рассказывал о своем походе на Иерусалим, но то, что он открыл теперь, слабеющим от немощи голосом, выглядело столь невероятно, безумно, что Гуго решил, что отец бредит. Но отец повторил свои слова и свое желание. И глаза его оставались ясными. Он так и умер, испустив дух и держа руку сына. С тех пор то, что передал ему в эти последние минуты отец, стало делом всей жизни Гуго де Пейна.

Теперь он понимал какая тайна сопутствует их роду и куда отныне повлечет его судьба. Он не сможет ни противиться ей, ни свернуть в сторону, на более спокойную дорогу - путь его предрешен. Оставалось ждать дня и часа, когда заработают все механизмы, неподвластные его воле, и в которые он вольется, как одна из пружин, чтобы в нужный момент выпрямиться и ужалить того, кто встанет на его пути. Вот тогда-то и появились в его лице та горькая складка в уголке губ, и та печальная обреченность в глазах, разливающаяся серым светом. Отныне и собственный герб воспринимался им с глубоким, двойным смыслом. Три черных головы на золотом фоне, с девизом у подножия: "Я - Камень, во Главе Угла!" Меч и крест над ними дополняли изображение.

Но это случится потом. Пока же детские годы Гуго, беззаботные и веселые, протекали то в родном замке в Мазне, то в Труа - столице Шампани, у владетельного графа, к супруге которого он вскоре был определен пажом. Он сопровождал графа и графиню на охоте, на прогулках, в путешествиях, подавал блюда за столом, а в свободное время - вместе с другими пажами, устраивал военные забавы, сражался деревянными копьями и мечами, скакал верхом, брал приступом потешные городки и крепости, бросал дротики.