Петровна. Понадеялась отсидимся, переждем демократоров… Еще и не такое пережидали за тыщщи лет! А вы? Совершенно ведь от рук отбились! Тела себе вон какие отъели! Обленились! ОЧЕЛОВЕЧИЛИСЬ! Чего замолчали, отвязанные?

Лизка и Аглая(хором). Да-а!!!

Петровна. Телевизора, в натуре, наслушались? Походить нам с вами на людей совершенно не след!

Лизка и Аглая(хором). Не-ет!!!

Петровна(машет рукой). Да что с вами разговаривать!

Лизка и Аглая(хором). Да-а!!!

Петровна. Тьфу!

Петровна вновь включает телевизор, переключает с программы на программу, и вдруг сквозь шум и треск из динамика прорывается негромкий «человеческий» голос. Лизка прислушивается, замирает в нерешительности.

Аглая(кричит). Механика на мыло! Давай показывай, Лизка! Чего ждешь?

Петровна. Сапожники!!! (Оглушительно свистит в два пальца.)

Лизка(вдруг растерянно). Я… Я не могу.

Петровна и Аглая. Чего?!!

Лизка. Да чего-то вдруг стесняюсь…

Голос из телевизора. «… но если вы не любите меня, я совершу тысячу подвигов и понравлюсь вам, наконец».

Пауза. Лизка, Аглая и Петровна молча переглядываются.

Аглая(неожиданно опять взрывается, как бомба, которая уже давным-давно «тикала»). Я ЗДЕСЬ!!!

Голос из телевизора(повторяет чуть слышно), «… тысячу подвигов и понравлюсь вам, наконец!»

Аглая(кричит). Я здесь, родненький! Я тут! Я так давно тебя жду! (Не дождавшись ответа.) Не слышит он, что ли?! (Подскакивает, изо всех сил лупит телевизор.) Да тут я! Тут! Я с Лизкой и Петровной!..