Петровна. Смотри, Аглая, злого диктора пущу, из международных новостей! Будешь знать, как шастать по утрам, спать не давать! (Зевает, ждет.) Ну?

Аглая. Я вас, что ли, будила? Сами третий четверг не спите. Чего?

Петровна(опять зевнув). В самом деле! (С вопросом смотрит на Лизку.)

Лизка(напоминает ей). Так интересно ж ведь! Зачем она по стадиону прыгает?!

Аглая. Я-то? Я это!..

Петровна. Что?

Аглая(не зная, что ответить, вращает глазами). Фу-у!..

Лизка. Умом, что ли, тронулась?

Аглая(неожиданно). Да! (После паузы.) Пу`стите теперь в корпус?..

Протискивается в корпус.

Лизка. Чем себя занять? Чем утешиться? Мрак!

Петровна. Ча`пай на залив, корми восьминоса, думай о жизни. Покой, красота!

Лизка. А чего о ней думать-то? Тьфу! Я вот тут даже выписала… «ключ к постижению основных проблем современности… (Читает по складам.). .. вус-во-ени-ивсем-ипи-оне-рами-уче-ниямар-ксаэн-гель-сале-нина!..» (Прислушавшись к тому, какой отклик родили в ней эти слова: «ниямар», «ксаэн» и, особенно, «сале-нина».) Хоть бы русскую бумажку какую-нибудь почитать! О душе! Я, Петровна, пожалуй, все-таки это… того. Чего мы тут? А интересно мне вот что: знаешь, лежит, бывает, к примеру, на улице такая дощечка через лужу, чтобы все по ней ходили… Кто ее положил? Сколько себя помню ни разу этого не делала. И ни разу не видела, чтобы кто-то клал. Но всегда она где нужно лежит! Вспоминаешь? Маленькая такая, грязненькая, набухшая водой досточка, на двух камушках. Почти не шатается! (Встает.)

Петровна. Досточка-на-камушках! Экое сварила! Погоди…