Во время парада они заняли очень выгодную позицию - как раз там, где улица Башни переходила в широкую парадную площадь перед самой Башней. Они пели драконьи песни, а заодно спели одну или две кенорские, приветствующие возвращающихся мужей, но по-настоящему виверны загорелись восторгом тогда, когда по улице начали маршировать драконьи эскадроны. Тут уж они взревели во весь голос.

Там был Буртонг, чемпион среди медношкурых драконов, который рядом с ними стоял в битве при Сприанском кряже, и Чампер, старый кожистоспинный ветеран Теитольских войн.

После того, как закончился парад и отзвучали приветственные речи, в Драконьем доме начался собственный праздник. Пиво и горячий келут подавались в неограниченном количестве, и дракониры всех присутствующих подразделений перемешались в трапезной. И тут уж посыпались вопросы.

- Где Релкин?

- И не спрашивай, - последовал ответ со стороны Свейна из Сеанта.

- Бедняга Релкин, - сказал маленький Джак.

- А что случилось?

- Его забрали ведьмы. Они увезли его.

- Куда?

- На острова. Да вот уж несколько месяцев прошло с тех пор.

- Он прислал нам как-то письмо.

- Они повырезали из этого письма целые куски, прежде чем мы увидели его.

- Он уже никогда не вернется.

- А кто ухаживает за его драконом?

- Курф.

- Курф?

- Ой, и не говори...

***

И в самом деле, дракониры не могли не заметить, как изменился Хвостолом. Его шкуру уже давно толком не чистили. На джобогине зияло множество прорех. Дракониры тщетно вздыхали.

Легендарного дракона, о котором любой из них был бы рад проявить заботу, отдали на попечение Курфа!

Гулянье затянулось далеко за полночь. Когда колокола пробили полночь, во дворе храма танцы все еще были в полном разгаре.

Среди всей этой суматохи никто не заметил сгорбленную фигуру, ковылявшую по Портовой улице. Никто не обратил внимания, как она добрела до сараев, вытянувшихся вдоль Складской улицы, и бросила на землю мешок, в котором что-то непрестанно возилось.