- Большое спасибо за передачу моего снаряжения в руки общественно опасных преступников, - сказала Кичти. Потом, высунувшись из дыры и схватив с верстака резак, она стала вспарывать мешок.

- Это побудит вялых, коррумпированных, плохо финансируемых полицейских Чаттануги более серьезно относиться к действительности, - сказала Мейбл, сверкая глазами, - К тому же глубоко недемократично делать специальные технические сведения достоянием тайной военной элиты.

Китти попробовала пальнем керамическое лезвие резака, выпрямилась и прищурила глаза.

- Мне стыдно работать на то же правительство, что и ты.

- Ваша традиция, именуемая глубокой правительственной паранойей, безнадежно устарела. Раскрой глаза! Нами управляет правительство из людей с острым шизофреническим раздвоением личности.

- Какая низость! Я презираю тебя больше, чем могу выразить. - Она указала на Лайла. - Даже этот спятивший евнух-анархист в сравнении с тобой выигрывает. По крайней мере, он ни у кого ничего не просит и ориентируется на рынок.

- Мне он тоже сразу понравился, - беззаботно откликнулась Мейбл. - Хорош собой, в отличной форме, не пристает. К тому же умеет чинить мелкие приборы и имеет свободную квартиру. Переезжай к нему, детка.

- Ты это к чему? Считаешь, что я не смогу устроиться в Зоне так удачно, как ты? Думаешь, что у тебя авторское право на жизнь не по закону?

- Нет, просто тебе лучше засесть с дружком за запертыми дверями и не высовываться, пока не сойдет с липа краска. У тебя вид отравившегося енота. Мейбл развернулась на каблуках. - Займись собой, а обо мне забудь. - Она спрыгнула вниз, села на свой велосипед и укатила.