- Это точно, - сказала Мессина. - Здесь в системе хватает кораблей, которые никогда, насколько я знаю, не входили в банду Хрима. Вероятно, это остатки злополучных флотилий вроде нашей. И если Эсабиан уж так уверен в себе, почему его слизень Барродах стягивает все больше кораблей Братства в худшую часть Рифта для охраны этого Пожирателя Солнц, о котором даже говорить нельзя?

Снова наступила долгая пауза. Мелкие пайщики беспокойно переминались, поглядывая на Видок. На лишенном звука экране снова прокручивалась гибель синка Озманов.

Внезапно Лохиэль поняла, что ее беспокоит. Троица келли больше не держалась вместе - мало того, они никогда еще не разбредались так далеко. Штоинк, связующая, осталась на том же месте, что и в начале собрания, но Ниук2 и Ву4 отошли от нее на несколько шагов. Лохиэль стало страшно, и она увидела отражение своего страха в глазах Мессины. :

- Вы все знаете, что наши дела шли хорошо, - сказала Лохиэль, наблюдая за реакцией окружающих. Она должна действовать наверняка - второго шанса у нее не будет. - Мы соблюдали Кодекс Братства, а если и сталкивались с чистюлями, то это была честная игра - не то что здесь. - Она кивнула на экран. - Поэтому Флот, хоть и знал, кто мы такие, не так уж старался разнести нас на атомы. - Она снова показала на экран, где агония синка разыгрывалась уже в другом ракурсе. - Я хочу сказать - хочу спросить вас: действительно ли мы хотим участвовать в этом, невзирая на последствия?

- Есть, пожалуй, и другая причина думать о переходе к чистюлям, сказал вдруг Люз-Кремонт. Видок впилась в него глазами, но он на нее не смотрел. Лохиэль поймала взгляд Байрута - он тоже это заметил. - При чистюлях мы процветали - и, как ты верно сказала, они не слишком старались прихлопнуть нас, пока мы придерживались рамок. А теперь... когда Братство очистит все планеты и поселения, не взорванные Должаром, откуда солнышки брать будем?