Дай Ган позади нее выдернул бластер из вдруг ослабевшей руки Мессины.

Несколько пайщиков отошли от переборки, наставив оружие на остальных. Офицеры, успевшие тоже достать бластеры, заколебались.

Все точно приросли к месту. Лохиэль боролась с одолевавшим ее ужасом. Квартан, яд, действующий на протяжении четверти часа, не причиняет боли за исключением последних трех минут, когда паралич сменяется конвульсиями, буквально разрывающими жертву на части.

- Ты хочешь подчиняться Хриму? - спокойно спросил Амброз, игнорируя наставленные на него стволы.

- Я хочу быть на стороне победителей, а Хрим занимает самую ближнюю к Должару орбиту.

Лохиэль беспомощно смотрела на Амброза. Он продолжал держать в руке бластер, но ни в кого конкретно не целил.

Да убей же меня!

Но яд сковал ее голосовые связки, и она не могла говорить.

Видок перегнулась через стол, злорадно усмехаясь в лицо Лохиэль:

- Вот мой первый приказ: все остаются здесь и смотрят представление. Минут через восемь начнется самое то. Для всех, кроме вашего бывшего капитана.

Некоторые из ее сторонников заухмылялись, но быстро прекратили это, когда странный зудящий звук наполнил комнату.

Штоинк направила свой головной отросток на связистку. Глаза связующей ушли в мякоть, а лилия рта широко раскрылась, и ее красновато-желтая внутренняя поверхность заметно пульсировала. Лохиэль могла видеть краем глаза только одного из двух других келли - и он тоже нацелился на Видок.

- Вы чего, зеленые? Не понимаете, что тут происходит? - Жужжание усилилось до болезненного крещендо, от которого у Лохиэль помутилось в глазах: должно быть, ее черепные полости резонировали от этого шума. - Эй, кончайте зудеть! - Голос Видок звучал тонко и невнятно.

Связистка выстрелила из своего газового пистолета в Штоинк, но это не возымело действия. Жужжание стало еще громче. Видок дико оглянулась на Лохиэль и снова подняла пистолет.