Молодой пригнулся и побежал следом за командиром. Чака он чтил куда больше, чем всех забытых богов вместе взятых.

2.

Поговорим о воде. Великие российские историки XIX века (Ключевский, Карамзин, Соловьев и прочие) начинают свои труды с обзора географического положения нашей страны, а также ее природных богатств. Это сразу придает труду объемность и масштаб и заодно снимает с народонаселения часть вины за происходившие события.

Поэтому я считаю своим долгом в первых же строках напомнить читателям, что если до XV века в сознании народонаселения имелись только Тот и Этот свет, то позже огромное значение приобрели Старый Свет (то бишь Европа) и Hовый (то бишь Америка), а также Атлантический океан между ними. Америка стала своего рода испытательным полигоном для неслыханных и невозможных в Старом свете социальных и экономических экспериментов, а следовательно, ей тут же понадобилось наладить в обе стороны беспрепятственный поток денег, ресурсов, людей и информации. Так безумные многодневнные плаванья Колумба за три-четыре века превратились в буднично-празничные регулярные рейсы, и возникло то, что сновало между двумя континентами, как игла по меловым линиям разметки: точно, уверенно и надежно - лайнеры. Что же чувствуют люди, оседлавшие эту иголку?

Вспомним старые сказки. Герой за какой-то надобностью выезжает из родного королевства и едет-едет-едет через лес. Здесь время и пространство теряют очертания. Можно странствовать три дня или тридцать лет. Все существа: люди, звери, нелюди, которых герой встречает на своем пути, оказывают ему магическую помощь или подвергают его испытаниям В конце достигается Тридесятое царство, Седьмые небеса, Святой Грааль. Там обретается мудрость, очищение души, богатство, идеальное супружество, после чего герой возвращается домой.

Антропологи связывают подобные мифы с ритуалом инициации (условная смерть, странствие по загробному миру, приобретение магических знаний и новое рождение более совершенным существом).