А далеко в море, еле видимый сквозь туман, используя необычный наклон морского дна в этом месте, относительно малую силу притяжения на Дисе и сложение влияния на прилив со стороны солнца и трех массивных лун, зарождался новый Монстр.

Собравшиеся во все глаза смотрели и старались оценить волны, громко переговаривались, пытаясь перекричать грохот моря.

— Около восьмидесяти футов, — произнес задумчиво Жанвин. — Нормальная волна здесь достигает пятидесяти, а шторм — шестидесяти-семидесяти футов. А вот такие большие — только раз в три года, когда луны выстраиваются вместе и происходит значительное усиление притяжения. Это будет пара веселеньких дней.

Три претендента отделились от группы и пошли обратно к сборному пункту. Никто не сказал в их адрес ни слова упрека, не отпустил язвительной усмешки. Судьи спокойно вычеркнули выбывших из списка участников.

При подготовке разрешалось прибегать к услугам помощников, и на многих лицах Акорисал прочел готовность оказать такую услугу, но не пошел на это. Со своей доской он сживался пять лет, он по-настоящему объездил ее, любовно ремонтировал ее собственными руками. Ему знаком был каждый дюйм доски, каленое волоконце. Никакой помощи ему не нужно. Но он решил держаться рядом с Жанвином, смотреть, как тот готовится. Его всегда можно спросить, он поможет.

Один из организаторов подошел к хирургу и что-то прошептал ему на ухо, а сам перешел к следующему участнику. Жанвин послушал, кивнул, а затем легкой походкой подошел к Акорисалу, который в этот момент проверял крепление ранцевого реактивного двигателя и наличие твердого топлива.

— Пришла метеосводка. Переменная облачность, ветер пять-десять футов в секунду, юго-западный. Так что сдувать нас не будет и на состоянии гребня волны не скажется. А подальше гуляет тропический циклон, там штормит. У нас плохая ветра не будет. Впрочем, нам, мастерам, какая разница. — Глаза у Жанвина блестели. — У меня ни разу не было случая оседлать стофутовую. Но если такая появится — разойдись все, она моя.