Александр Шалимов

Вестник

Интервью не шло... Бывает же так: не подбирается ключ к собеседнику. Правда, меня предупреждали - Маргарита Викторовна человек трудный: суха, лаконична, погружена в свою радиоастрономию, предпочитает говорить формулами. Что поделаешь - ученый с мировым именем, без пяти минут академик. Может, она такая и есть, а может, придумала себе "странности" и укрывается ими, как пледом, чтобы ей работать не мешали...

Получалось, что такая и есть в действительности. Все вопросы я обдумал заранее, провентилировал с ответственным секретарем, согласовал с Главным, а она - на каждый вопрос три слова. И вроде все исчерпано, все должно быть ясно и мне и... читателям. Ну, была в Штатах, в Пуэрто-Рико, выступала на форуме радиоастрономов; ах, меня интересует программа, вот у нее есть лишний экземпляр тезисов на русском языке, могу взять себе... Нет, особенно интересного ничего не было. Будни науки... А в самих Штатах?.. Нет, тоже ничего нового, по сравнению с прошлыми поездками. Отношение?.. Со стороны коллег по профессии превосходное, а остальное ее не интересовало. Настроение рядовых американцев перед выборами? А какие выборы?..

Я даже вспотел. Просто непробиваема! Был у меня в запасе еще вопросик, но теперь я не решался его и задавать. Отошьет, как бобика. Получалось, что надо заканчивать разговор... Она уже дважды, как бы невзначай, на часы взглянула.

Да-а, не похвалят в редакции... В поисках спасительной нити, которая помогла бы хоть как-нибудь завершить неполучавшееся интервью, я уже в который раз оглядывал ее кабинет. Ничего особенно интересного там не было. Большой письменный стол, несколько потертых кресел, стеллаж во всю стену, набитый книгами, папками, пачками запыленных библиографических карточек. Окантованные фотографии радиотелескопов на противоположной стене. Журнальный столик в углу, но на нем не журналы, а какие-то бумаги, кофеварка и огрызок яблока на тарелке.