Может, это потому, что я первый их увидел, с удивлением подумал он, или причина в чем-то другом? Я чувствую, я ощущаю глубинную связь с этими странными созданиями. Они не кажутся мне совершенно незнакомыми.

Он нежно продолжал изыскания, ища ответ в своем мозгу, осторожно пощипывая его, как струны хрупкого музыкального инструмента. Слабая дрожь скрытой расовой памяти. Общее зарождение, пламя, вращающаяся туманность и взмах вспыхнувших рук. Один предок, один мир, существовавший так давно, что само понятие о нем ушло далеко из памяти.

Он наблюдал за их продвижением, за тем, как они углублялись в лес. Лес укрыл многих из народа Буммела. Рускинды ушли из Дома-Деревни, пока чужаки не покинут планету.

Острые глаза Буммела улавливали мельчайшие движения их тел, малейшие напряжения, чтобы сделать шаг, любую мысль у них в голове. Дикие, неуравновешенные и неуверенные существа, путаные и беспорядочные, как тонкие хрупкие руки севланских лиан. Их разум никогда не знает покоя. Они не могут разговаривать между собой мысленно, для общения им приходится напрягать особые органы своего тела. Возможно, один мог что-то передавать другому путем движений своего рта, в таком случае становилось понятным хотя бы приблизительное общение.

Они были странниками по натуре, вся их жизнь состояла из ходьбы, бега и гонки. Ни отдыха, ни покоя, только спешка и спешка.

- Отец, - распустилась мысль, - я хочу пойти к ним, я хочу больше услышать о них.

И мысль вернулась:

- Будь бдителен, сын мой.

* * *

Они обнаружили его в деревне. Они осматривали тростниковые хижины, когда его увидел Первый Помощник. Он следил за ними с лесной опушки, и Первый Помощник уловил краешком глаза движение его покрытого зеленым мехом тела.

Он распорядился, чтобы его люди кольцом окружили существо, и теперь они настороженно приближались к нему. Когда люди оказались примерно в двадцати футах, существо попыталось убежать. Но ружья Молассеса стремительно выбросили эластичные нити, существо было оплетено ими и пленено.