Дети отшатнулись от Кити. Сначала поднялись плечи девочки. Она села на колени спиной к ним. Кто-то из девочек испугался и швырнул в Кити ножницы. Кити не двигалась, но ножницы отскочили в нескольких сантиметрах и отлетели в сторону. Руки Кити висели, как пустые рукава. Спина была согнута, будто ею кто-то управлял, как марионеткой. Кити выставила ногу вперед, оперлась на нее и встала.

Дети отскочили на несколько шагов: не видно было, что Кити дышала.

Кити схватила ту девочку, которая ударила ее по руке, за ногу хвостом и, раскрутив, швырнула об дверь.

Девочка, что стояла за дверью, успела сунуть назад только голову, а руку ей прижало до синяка. Девочка, ощутив острую боль, закричала.

Кити повернулась к остальным детям. Ее глаза были широко открыты, но они были не голубые, а кроваво красные. Рот был плотно закрыт, как у покойника.

Хвост пронесся, как молния и, поранив кожу на руке девочки, которая ударила Кити в нос, обвился вокруг ее туловища. Размахнувшись и пронеся жертву над головой Кити, он сильно швырнула девочку об шкафчик.

С волос Кити стекала кровь. Она струилась по щекам и шее. На плечах тоже была кровь. Всю ее одежду замочило кровью. Но в глазах Кити совсем не было жалости.

Хвост сшиб оставшихся детей. Они все стукнулись об стену и упали на пол в ряд. Кити подошла к началу этого ряда.

— Вы знаете, что непослушных детей секут? Нет? Ну, будете знать. — Металлическим голосом произнесла она и, размахнувшись хвостом, с силой обрушила его на спины детей.

Те дружно вскричали. Но Кити безжалостно била их. Пока они не потеряли сознание.

Хвост со свистом вернулся за спину Кити. Он пропал под одеждой, забрызгав лицо и спину девочки кровью. В красных глазах Кити горела злоба и ненависть. Но лицо было каменное, как у памятника.

На крик прибежала воспитательница. Ее глаза расширились. Она закрыла рот руками и закричала. Кити посмотрела на нее теми же глазами.