— Если Гордиан телепат, то как нам узнать, не читает ли он сейчас наши мысли?

— Никак, — отрезал Макгрегор. — И у меня к тебе еще один вопрос: если Гордиан телепат, то почему он читает твои мысли, а не мысли Эйнштейна, Эйзенхауэра или Альберта Швейцера? Ты приедешь в ЛА на машине?

— Да, — рассеянно ответил Пит. Он все еще размышлял над более важным для него вопросом. И в письмах, и в разговоре Макгрегор всегда проявлял свой дар указывать на самую суть проблемы.

— Хорошо. Тогда встречай меня в аэропорту. Я прилечу примерно в четверть пятого в пятницу вечером — это рейс 107 «Транс уорлд». Если у тебя к тому времени появятся хорошие ответы, тогда и скажешь.

— Хорошо, — произнес Пит в смолкшую трубку.

Пит выехал в четверг на рассвете, чтобы приехать в Лос-Анджелес засветло. Поездка на юг по шоссе 101 оказалась и жаркой, и скучной. Сигналы местных радиостанций слабели и сменялись новыми. Немного недоезжая Санта-Барбары он выехал к Тихому океану, и это едва не соблазнило Пита проехать остаток пути по прибрежному шоссе, но он все же вернулся на шоссе 101, когда оно после Вентуры снова свернуло в сторону материка и направилось на восток к долине Сан-Фернандо.

Бульвар Сепульведа вывел его на юг к более известным районам Лос-Анджелеса, однако он так и не увидел его знаменитые скоростные многополосные магистрали: ближайшая из них заканчивалась чуть южнее центра города, хотя на карте она была обозначена как запланированная до самого Сан-Педро.

Он снял комнату в мотеле в пригородном районе под названием Уэстчестер, и на сдачу с десятки купил в кафе неподалеку сандвич и колу, потом вернулся в мотель, принял душ и лег спать.

Шестиполосный туннель, продолжающий Сепульведу под взлетными полосами аэропорта, открыли всего несколько месяцев назад, и Пит оценил, насколько легче теперь стало добраться до аэропорта. Заодно это позволило удлинить взлетные полосы.