Циллер задумчиво кивнул, а Кэйб мельком подумал, естественный ли это жест для челгрианца или просто заученный.

- Прелестно, - пробормотал Циллер, и Кэйбу показалось, что композитор изо всех сил старается выглядеть как надо. - Но все же я пока еще челгрианец и не натурализовался.

- Разумеется, ваше присутствие здесь - большая удача для нас. Если бы вы считали бы наш дом своим, это было бы...

- Излишним, - резко закончил Циллер. Аура дрона стала грязно-кремовой, что свидетельствовало о замешательстве, в то время как несколько красных искр говорили об явном оскорблении.

Кэйб откашлялся, и дрон обернулся к нему:

- Терсоно, - сказал хомомдан, - я вообще-то не совсем понимаю, зачем я здесь, но могу ли из всего услышанного сделать вывод, что вы представитель контакта?

- Можете. Да, я действительно выступаю от лица секции контактов. И в полном взаимодействии с Хабом.

- Но и я не без друзей и поклонников, - вдруг брякнул Циллер, уставясь на дрона.

- Не без?.. - переспросил Терсоно, меняя цвет ауры на ярко-оранжевый. - Но ведь вы изгнанник...

- Я имею в виду здешнее население, Терсоно, дрон контактов! - холодно пояснил Циллер. Дрон зарокотал в ответ, но с места не сдвинулся. "Все это смахивает на мелодраму", - мелькнуло у Кэйба. Циллер продолжил: - И я запросто могу пригласить кого-нибудь из них сопровождать меня в круизе, обеспечив себе полное уединение. Такое, которое вашему эмиссару будет весьма трудно нарушить.

Аура дрона стала почти пурпурной, и он беспокойно завертелся в своем старинном кресле:

- Попробуйте, попробуйте, мой дорогой Циллер! Хотя это и может быть воспринято как чудовищное оскорбление.

- И хрен с ним.

- Ладно, хрен с ним. Но я говорю о нас. Оскорбление будет для нас. Настолько тяжкое, что при определенных обстоятельствах...

- Помилосердствуйте! - насмешливо фыркнул Циллер и отвернулся.