О, как тяжел был этот воздух, тяжел и плотен, никакая броня не смогла бы сравниться с ним! Молнии ударили, срикошетили и полетели вниз, слившись по дороге в одну. Раздался страшный вой, от которого у меня желудок прилип к позвоночнику. Небо пронзила воронка, захватившая тучи, ветер, молнии, затянувшая и меня, и я, растерявшись, ничего не соображая, падала, крутясь, вниз - а может быть, вверх - не было ни верха, ни низа в этом клубке стихий...

Я пришла в себя среди развалин розового домика на горе. Прямо под ногами у меня дымилась черная яма, возле нее валялась сломанная палка от метлы. Ну да, отраженные молнии поразили ту, которая их послала. Я ведь могла только защищаться - больше ничего. Но что выходит: силы, данные для защиты, гораздо больше сил для нападения?

Маша с детьми деловито вязали узлы. Потеря крова не повергла их в отчаяние. Ворота были распахнуты настежь. Они одни уцелели здесь полностью, когда мы сверзились с неба, - видно, заклятье все еще работало.

- Хороший был дом, - сказала я.

Маша, не отрываясь от работы, кивнула. Я засунула руку в карман куртки. Ключ, конечно, вылетел. Опять придется лезть в окно.

Маша надела на Витьку рюкзак, два связанных узла перекинула через плечо.

- Постой, а я?

- Тебе туда нельзя. Ты теперь не человек, - спокойно сказала она и быстро зашагала вниз, к городу. Дети еле поспевали за нею.

Спотыкаясь о разбитые кирпичи, я подошла к краю обрыва. Наползавший с реки туман плавал у моих ног, и я была совсем одна на вершине горы.

- Эй, вы, ведьмы, колдуны, лешие, водяные и кто там еще есть! Заберите назад свою волшебную силу - не хочу я ее! Дайте мне силу, дайте разум, дайте талант быть среди людей человеком...