Седрик среагировал немедленно — он метнулся к Элион, длинные голубые одеяния так и хлопали по ногам.

— Твои родители?! — презрительно прошипел он. — Ты имеешь в виду изменников, которые похитили тебя?

— Седрик! Довольно! — крикнула Элион. Она пыталась придать своему голосу гнева и внушительности, но он предательски задрожал и прозвучал жалобно, как у маленькой девочки. Знала Элион, и что на лице ее отразилась боль. Ей страшно не хотелось, чтобы Седрик видел ее в минуту слабости, поэтому она опустила голову и, оттолкнув его, вернулась в комнату.

Элион вовсе не чувствовала себя принцессой. Она была смущена и растеряна, и с каждым днем пребывания в этом холодном замке растерянность только росла.

— Ты ведь знаешь, как много зла причинили тебе эти негодяи! — воскликнул Седрик.

«Ничего я не знаю! — внутренне вскричала Элион. — это ты все решаешь за меня! А я уже не знаю, чему верить».

— Прекрати! — прохрипела она, избегая взгляда Седрика.

Но он, разумеется, не подчинился.

— Это по вине твоих так называемых «родителей» твой брат, принц Фобос, так долго страдал, — не унимался Седрик. — Народ утратил надежду, а земля — свой свет, поэтому…

Напыщенные речи давили на Элион, а изнутри ее терзали сотни вопросов, на которые она пока не нашла ответа. Она почувствовала, как напряглись плечи. Гнев и пыл жарким румянцем прилили к обычно бледным щекам. На кончиках пальцев заиграли искорки белой магической энергии.

Она не могла больше выносить разглагольствования Седрика ни секунды! Глаза от злости застелило красной пеленой.

— Я сказала — прекрати! — вскричала Элион.

Потом резко развернулась и глянула Седрику в глаза. Ее длинные косички, закрепленные на концах двумя тяжелыми деревянными кольцами, просвистели мимо лица. Под ногами ощущалось слабое гудение. И всё это из-за ее гнева.