«Я это заслужил, — подумал Седрик, глухо подвывая. — Я поставил под угрозу секрет моего господина, все его планы насчет Элион! И этим я поставил под угрозу и свою собственную жизнь!»

Шшаааатц!

Зловредный Шептун ткнул его в спину, и Седрик взвизгнул. Маленький бесенок наблюдал, как жертва извивается и плачет, и знай себе хихикал.

«Пожалуйста, мой господин, мой принц, — взмолился про себя Седрик. — Сжальтесь надо мной, вашим верным слугой! Ради вас я так много лгал. И всегда с готовностью. Потому что я верил, что однажды вы возвысите меня до чего-то более значительного, чем это жалкое существование в теле змея!»

Седрику хотелось высказать всё это принцу открыто, однако он знал, что Фобосу чужды сострадание и угрызения совести.

Было слишком поздно для подобных заявлений. Когда принц наконец снизошел до разговора, опасения Седрика подтвердились.

— Ты допустил непростительную ошибку, Седрик, — произнес Фобос. Голос его звучал лениво, словно принца убаюкали благовонные масла, добавленные в воду. Слова были самыми обычными, но за ними стояло истинное зло. Седрик уважал власть и мощь своего господина почти так же сильно, как боялся их. — Ты посеял в душе Элион сомнения, — продолжал Фобос, его голубые глаза сузились. — Пошатнул ее и без того слабое доверие

к нам. И за это я тебя похвалить не могу.

— Я… н-не понимаю, — запинаясь, произнес Седрик. Голос вдруг перестал слушаться его и сделался пронзительно-визгливым. — Ведь она всегда верила в меня и в то, что я ей говорил!

— Теперь все изменилось, — вымолвил Фобос. Он сердито поерзал, и на поверхность источника со дна поднялась стайка пузырьков. — Ты же сам все видел. Ты тоже испытал на себе ее гнев, разве не так?

— Ты имеешь в виду тот подземный толчок, господин? — проскулил Седрик, вспомнив, как он испугался, когда пол в покоях Элион заходил ходуном. Правда, сейчас он отдал бы что угодно, лишь бы иметь дело с простым землетрясением, а не с изощренной пыткой Шептунов!