«Да-а, — угрюмо подумала чародейка, — денек сегодня мрачный и дождливый — прямо как в Меридиане. Там небо всегда серое, а воздух вечно тяжелый и душный. Там противно, шумно и…»

Фью-у-у-у!

Ирма обернулась в поисках источника неприятного звука. Скороварка свистела как ненормальная!

ФЬЮ-У-У-У!

— Мам! — завопила Ирма, отвернувшись от окна и обшаривая кухню взглядом в поисках матери. К сожалению, единственным членом семьи, оказавшимся поблизости, был назойливый младший братец Ирмы, Кристофер. Мелкий надоеда сидел на табуретке за столом и играл в войну между солонкой и перечницей. Ему нравилось воображать, что это солдатики, и устраивать между ними сражения. Визг, доносившийся с плиты, нарастал. Ирма не могла сосредоточиться на солдатиках Криса… да и вообще ни на чем из происходившего в доме Лэров.

— Мам, скороварка свистит! — крикнула Ирма, когда свист сделался (если, конечно, такое возможно) еще пронзительнее.

Мама выглянула из кладовки.

— Ну, свистит, — пожала плечами она. Очевидно, шум ее не слишком нервировал. — А ты могла бы подпеть, Ирма. Получился бы неплохой дуэт.

— Хи-хи! — подал голос Кристофер. — Неплохой дуэт! Ха-ха-ха!

— Теперь я понимаю, зачем у нас в семье родился Кристофер, — ехидно обратилась к маме Ирма. — Тебе нужен был кто-кто, кто смеялся бы над твоими шутками!

— Естественно, — ответила мама. Одной рукой она ловко добавила приправ в стоявшую на конфорке кастрюлю, другой увернула огонь под скороваркой, а потом крикнула через плечо: — Ирма, не передашь мне соль?

Чародейка запросто могла бы отобрать солонку у Криса и дать ее матери, но ее так и подмывало сначала заглянуть маме через плечо и узнать, что же томится и булькает в разных кастрюльках и сковородках на плите.

Зря она это затеяла. В первой же кастрюле обнаружилась ужасная вещь!

— Кабачки! — взвыла Ирма. — Ты готовишь кабачки! Но я же предупреждала, что Корнелия от них не в восторге!