Айл, может быть, впервые подумал о разумности безделья. Здесь, у этих аборигенов, хорошая жизнь или по крайней мере соответствующая их представлению о хорошей жизни. Скромные желания щедро удовлетворяет природа, и аборигены могут почти ничего не делать и ни о чем не заботиться.
Кэтрин приблизительно так же относится к жизни. Она способна изо дня в день бесцельно смотреть на пустынный горизонт и получать от этого удовольствие. Он же должен всегда что-то делать. Впрочем, все люди разные, и с этим надо считаться.
Айл наклонил голову и вошел в большую хижину. Полный молодой мадрасец, весь черный и лоснящийся, сидел за прилавком и ковырял в зубах. Его имя было старательно выписано над дверью староанглийским шрифтом: "В. К. Вандроназис". Он лениво, но уважительно встал и пожал руку Айлу.
- Наверное, рады возвращению с Южного полюса?
- Не скрою, Вандроназис, очень.
- Вероятно, на Южном полюсе холодно даже в жаркое время года?
- Да, и это точно. Но мы не стояли на одном месте. Мы прошли почти десять тысяч морских миль. А как ты живешь? Приумножаешь богатства?
- Сейчас на Калпени не разбогатеешь. Вы это отлично знаете. - Он с улыбкой воспринял шутку Айла. - Но живем не так уж плохо... Недавно обнаружили столько рыбы, что не смогли ее даже выловить. Никогда раньше Калпени не видел столько рыбы.
- А какой породы? Наверное, летающих рыб?
- Да-да, много, очень много именно этой рыбы. Других пород совсем не видно, а этой - миллионы.
- А киты появляются?
- В полнолуние приходят и огромные киты.
- Кажется, я видел их скелеты у старого форта.
- Целых пять. Последний выбросился на берег в прошлом месяце, еще один на месяц раньше. И все во время полнолуния. Мне кажется, они охотятся на летающих рыб.