Торопливо собирая хворост, я сдержанно переспросил:

- К посторонней помощи?

- Мы должны найти другого мага, такого же могучего, как я, - веско сказал Эбенезум. - И для этого нам придется отправиться в великий город Вушту.

- В Вушту? В ту самую, где сады наслаждений и запретные дворцы? Город грехопадений, способных обречь человека на муки на всю оставшуюся жизнь? В ту самую Вушту?

Я почувствовал, что оцепенение, охватившее было меня, уходит. Как будто камень упал с души. Я быстро разложил хворост у очага.

- Да, в ту самую Вушту, - кивнул Эбенезум. - Но есть одна трудность. Для путешествия нужны средства, а надежда раздобыть их в ближайшем будущем крайне сомнительна.

Как будто в ответ на это заявление сильный порыв ветра налетел на наш домик. Дверь распахнулась, впустив внутрь пыль, ворох опавших листьев и низенького человечка в лохмотьях. Лицо его было перемазано сажей. Он ворвался в дом и плотно захлопнул за собой дверь.

- Спасайтесь! - закричал незнакомец дрожащим голосом. - Драконы! Драконы!

Он закатил глаза, потерял сознание и рухнул на пол.

- Вот что я понял за свою долгую практику волшебника, Вунтвор, заметил Эбенезум, оглаживая свою седую бороду, - если долго ждать, в конце концов что-нибудь подвернется.

Нам удалось вернуть нашего гостя к жизни, обдав его холодной водой и влив ему в рот немного вина.

- Спасайтесь! - прошептал он, едва придя в себя.

Он дико озирался, его безумные блеклые глаза блуждали по полу и потолку, по учителю и по мне. Он был примерно одного возраста с волшебником, но на этом всякое сходство кончалось. В отличие от Эбенезума с его роскошной седой гривой, незнакомец успел почти облысеть, а оставшиеся волосы были жидкими и свалявшимися. Величественное лицо Эбенезума способно выражать и спокойную уверенность, и гнев космического масштаба, стоит волшебнику бровью повести. Внешность вновь прибывшего была совершенно невыразительной: маленькие нос и подбородок, морщинистый лоб и эти бегающие прозрачные глазки. К тому же, как я уже говорил, лицо его было замазано сажей.