В эту минуту слева из-за гор взошло солнце, окрасившее восточные склоны в розовый цвет. Берег заблестел словно хрусталь, и бесчисленные волны набегали на него, неся на серебряных гребнях розовое пламя.

- Очаровательно, - заметил зодчий. Тут ему в глаза бросилась исключительная и необъяснимая странность окружающего его ландшафта. В нем было что-то невинное и вместе с тем угрожающее, создающее впечатление первозданности и нетронутости. Тут не было и следа обитания человека.

Еще одна странность: когда солнце поднялось над горами, оно показалось больше и ярче, чем обычно. Это еще сильнее развлекло зодчего. Так как мир в те времена был плоским и имел четыре угла, то по краям его лежали девственные земли, где не ступала нога человека. Очевидно, зодчий попал в одно из таких мест, ближе к восточному краю, вдали от внутренних областей, населенных людьми.

- Этот сон не просто игра воображения, - заметил зодчий. - Он логичен. Если, конечно, предположить, что земля действительно плоская, - добавил он вслух, не опасаясь, что его могут услышать, - ведь это сон! По правде говоря, зодчему иногда казалось, что земля должна походить на шар, - но в те дни подобные мысли считались серьезным грехом.

Зодчий двинулся по берегу в указанном ваздру направлении и вскоре нашел крутую лестницу, высеченную в склоне горы. Он стал взбираться по ней и немного погодя увидел столб и привязанного к нему черного осла. На покрывавшей осла попоне были вышиты слова: "Я отвезу тебя". Зодчий, не раздумывая - ведь это всего лишь сон! - отвязал осла, забрался ему на спину, после чего тот проворно затрусил по горной тропинке.

Воздух становился все разреженнее, впрочем оставаясь при этом удивительно свежим и бодрящим. Наконец тропа вывела их на небольшое плато.

Впереди возвышалась гора, в толще которой были прорублены высокие и широкие ворота. Осел устремился прямо в эти ворота, и по другую их сторону глазам ошеломленного зодчего открылась потрясающая картина.