Он медлил, решая, что делать дальше. Он бросил вызов Горе, он победил, он достиг своей цели - и что же? Спуститься вниз и рассказать - о чем? О двадцати пяти огромных лицах, высеченных в стене кратера, о решетке на дне, сквозь которую дует теплый ветер? Кто ему поверит? Поверит ли он сам, что видел это, когда этой картины уже не будет у него перед глазами? Он поставил себя на место человека, выслушивающего подобные сказки, и поморщился. Нет, так не пойдет. Слов недостаточно, нужно что-то вещественное. Стало быть, придется спуститься в кратер... Но как это сделать? Найдется ли тут подходящий камень, чтобы надежно закрепить веревку? И надо еще прикинуть длину и убедиться в прочности...

Размышляя так, он пошел вокруг кратера и внезапно заметил у самого края какой-то тусклый отблеск. Он направился к этому месту и вдруг остановился, пораженный.

Стержень. Металлический стержень. Он был прочно вмурован в скалу, а на нем болтался полусгнивший обрывок веревки. Похоже, он все-таки побывал здесь не первым и не ему одному пришла в голову мысль спуститься в кратер.

Он нагнулся и осмотрел стержень. Слишком гладкий и слишком прочный, тот никак не мог выйти из-под молота деревенского кузнеца. Это была продукция машины, принадлежащей Консилиуму, - а быть может, и чему-то, превосходящему Консилиум. Веревка, чересчур толстая и чересчур сложного плетения, тоже явно не могла быть изготовлена вручную.

Распластавшись на скале, он подполз к кромке кратера и заглянул вниз, в просвет между лицами старика и женщины с раскосыми глазами. Что здесь произошло? Быть может, веревка просто перетерлась об острый камень? Он вытянул шею, чтобы получше разглядеть стенки, и, вздрогнув, едва не свалился вниз.

Скелеты. Остатки веревки и останки людей. Все, кто пришел сюда до него, умерли на дне кратера.

Итак, это, судя по всему, какая-то ловушка... Но в любой ловушке должна быть приманка - и здесь приманкой служило явно не простое любопытство. Видимо, лица духов - а теперь он уже ни капли не сомневался, что это именно духи, сторожат нечто, спрятанное глубоко внизу. Он попытался представить себе ценность того, что могло подвигнуть людей на такой риск, - и не смог: это было выше его понимания.