— Не рассудка они лишились, — кипятился Ханси, — а совести!

— Кукушки, а не родители! — злилась Марианна.

— Ну эти мне дуйболисты, ну!.. — еле сдерживался Титус.

— Дернуло же нас в эту дрянь играть! — нудила Тита.

В сочельник волнение ребят из-за мячей, новых пальто, управляемой машины, пони, магнитофона и транзистора достигло апогея.

— Только не облизывайтесь раньше времени, — сказала Марианна.

Марианна была далеко не самым оптимистическим ребенком.

— Только не вздумайте на что-то надеяться, — сказала Марианна, — предки сейчас до того зарвались, что мы вообще ничего не получим.

Но тут Марианна оказалась не права. Все ребята что-то да получили. Вернее, все получили одно и то же. Все получили по синему волососушителю марки «Фен-супер» и по шару из пенопласта. «Фен-супер» был вовсе не суперфен, а самый нормальный и обычный волососушитель, а пенопластовый кругляш не превосходил размером медицинбола.

Больше ребята не получили ничего.

Ребята крепились изо всех сил, сдерживая слезы. Но раз уж ты ребенок, а значит, тебе надлежит быть скромным и ни в коем случае в рождество не хныкать, все мужественно улыбались.

Отцам на рождество достались от их жен также фены и пенопластовые шары, и мамы получили от своих мужей шары и фены. И продавщицы в магазине «Тюльмайер» получили от своего шефа фен с пенопластовым шаром в придачу. Господин пастор презентовал сестрам Зудмайер два фена и два шара. Сам же господин пастор получил фен от собственной кухарки, а та в свою очередь была одарена господином пастором — точно таким же образом.

В рождественских фенах взрослых нетрудно было узнать суперфены со склада господина Низбергера. А шары для взрослых достигали в диаметре метра. Господин Верхенбергер сбывал их по сходной цене. На суперфены господин Низбергер сделал даже тридцатипроцентную скидку. Жене он объяснил так:

— Это окупится, душа моя! А там, если дело пойдет-поедет, я уж совсем другую цену затребую!