Тысячу раз благодарю и целую.

Нежно любящий тебя племянник Титус.

P. S. Папа с мамой только что вернулись. Просят передать, что мама второе место заняла в женском разряде, а папа обещал пива с завтрашнего дня пить поменьше, тогда хватка у него будет потверже, и он сможет резвее гнать шар по трассе».

Иметь отменную дуйбольную амуницию жаждал не один Титус Низбергер. Когда на следующее утро ребята собрались на большой поляне под громкие «дуйбол-приветы», то все они являли собой зрелище без преувеличения изумительное.

— Истинное загляденье, — расчувствовалась госпожа учительша. Фрида и Фанни Тюльмайер обмотали свои фены разноцветной изолентой. А пенопластовые шары разрисовали фломастерами. Фанни изобразила цветочки. Фрида — волнистые линии. Польди Лисмайер вывел на своем шаре масляной краской «ГОСТИНИЦА „ЛИСМАЙЕР“ — ЛУЧШИЙ ДОМ НА ПЛОЩАДИ». Губерт Лисмайер укрепил на спине и на груди по матерчатой обеденной салфетке. На салфетках были крупно вышиты красные единицы. Марианна заменила тесьму на фене собственноручно связанной узорчатой полоской. А рукоятку обвязала для красоты петельными столбиками. Дети Волмайера, Быкмайера и Рогмайера были увешаны коровьими колокольцами, которые они нацепили на брючные ремни или пришили к шапочкам. Каждое их движение сопровождалось жутчайшим перезвоном.

На учителевых парнях ничего оригинального не было, потому они и распустили нюни. Госпожа учительша пообещала им по самой оригинальной шапочке, решив всю следующую ночь провести за спицами. У нее просто сердце кровью обливалось оттого, что именно ее дети выглядят на общем фоне так убого.

Ханси тоже ничем особенным не выделялся. Разве что бурыми разводами на своем шаре. Ханси уронил его в коровнике, он закатился под корову, а корова, не подозревая, что под ней важный спортивный снаряд, посадила на него хорошенькую коровью лепешку. А господин Харчмайер залепил Ханси хорошенькую оплеуху.