Исин сломал свой меч, когда хотел добраться до драконьей печенки. И теперь на троих у них были только эти ножи и прозрачный меч Масленникова. Тот, глядя как воевода укладывает мешок, сказал: - Далеко не прячь.... Понадобятся еще.... - Думаешь драться придется? -поскреб обгорелую голову Избор. Он думал о чем-то своем, переводя взгляд с Гаврилы на клетку перед ним и Масленников грустно усмехнулся. - Вам-то точно, это меня никто не тронет. Так что не убирай далеко... - Это точно. Все вроде при деле. Один ты бездельничаешь. Куда бы тебя приспособить? Гаврила только покачал головой. В его душе слились два чувства. С одной стороны он ощущал свою никуда не пропавшую силу, тяжесть меча и доспехов, а с другой знал, что все это ему только кажется. Он был сном. Да! Именно сновидением - бесплотным и неопасным, под ногой которого трава не зашелестит и ветка не хрустнет... - В дозор если только... Глаза-то смотрят, да уши... - предложил Гаврила. - Да. Без дела шляться каждый может... Тебя бы с пользой приспособить.... Гаврила обиженно молчал. Не дождавшись ответа, Избор вернулся к сумке. Не выпуская из рук яйца он начал перекладывать вещи там, разбираясь что же у них осталось после вчерашней ночи. В мешке было пусто - ни припасов добрых - только хлеба каравай - ни одежды, но там было главное - ковчежец с настоящим талисманом, да кувшин, что подарил Муря. Из развязанной горловины наружу свесилась веревка. Масленников смотрел на нее и что-то забрезжило в его голове. Когда Избор уже хотел затолкать ее обратно, он остановил его. - Слушай, а веревка у тебя вся настоящая? - Что значит "настоящая"? - не понял Избор. - Ну, такая как ты. Или нет? - Часть так, часть эдак. Гаврила обрадовано хлопнул себя по бокам. - Так давай я клетку хоть понесу. Привяжи ее ко мне! Избор поднял брови, посмотрел на Исина. - Я заодно ее в себе и спрячу тогда. От дурных глаз подальше, - добавил Масленников. - Вот считай одна рука у тебя и освободиться.