Ну, это все пустяки. Кто мне аппетит портит, так это наш киоскер Кощекин. Этот автографами увлекается. Богатейшую коллекцию имеет, а каким образом ему ее удалось собрать, вот что хотелось бы выяснить. Ну, там автографы наших певцов, литераторов - это я понимаю, это не сложно: позевал часок, другой на концерте, и дело в шляпе; но у него ведь хранятся автографы современников Пушкина и самого Александра Сергеевича; есть автографы Державина, письма Екатерины II, записка Петра I, грамота с печатью и подписью Ивана Грозного и много других древних бумаг. И вот что непонятно: все эти автографы, дарственные надписи, письма, записки адресованы одному и тому же лицу - самому Кощекину· Нет, Кощекин, конечно, утверждает, что это все его предков касается, а ему, мол, по наследству досталось. Он-де только хранитель, скромный коллекционер - любитель старины, но ведь вранье это. Сам Кощекин на углу уже лет тридцать газетами торгует, а старухи утверждают, что он в нашем дворе и до революции обитал и с тех пор совсем не изменился; как тогда ему больше семидесяти никто не давал, так и теперь! Что же касается его утверждения, будто он в 1884 году родился, и соответствующих документов, - все это совершеннейшая липа. Он сам уже не помнит, когда родился. Говорит он, говорит, да нет-нет и обмолвится: дескать, в 1728 году все совсем по-другому было. И пойдет приводить подробности: какие тогда ружья были, какая утварь и прочее. Или, допустим, зайдет речь о нашей столовой, а Кощекин этак небрежно бросит:

- Разве это повара - совсем готовить разучились. Вот в Риме бывало соберемся у Помпея или у Антония пообедать - хозяин блюд пятьдесят шестьдесят выставит, и все - пальчики оближешь. - И опять пойдет подробности приводить, все вокруг слушают и слюни пускают.

Помилуйте, скажете вы, если это правда, то сколько же ему лет? А вот этого никто не знает, хотя с уверенностью можно сказать, что в списках долгожителей Кощекин не зарегистрирован. Правда, кое-что мне удалось выяснить.