Он почувствовал полную беспомощность. Недостаток информации всегда вызывал у него такие ощущения. Мартин удивился бы, если бы Коллигатар чувствовал себя сейчас так же. В нем были запрограммированы эмоции, чтобы он лучше понимал людей, но Ористано не мог вспомнить, находилась ли среди них тревога.

— Что мне делать?

— Проявлять терпение, которым ты прославился среди коллег, Мартин. Будь терпеливым и жди. У нас есть и другая работа. Люди зависимы от нас каждый день, в смысле получения пищи, здоровья и мира. Мы должны не только делать вид, что все в порядке. Мы должны сделать так, чтобы все было в порядке.

— Вот почему ты не хочешь, чтобы я собирал штат?

— Одна из причин. Они являются блестящей группой, один или двое, в некотором смысле даже превосходят тебя, правда, без твоих административных способностей.

Мартин кивнул, представляя, кто из штата мог превосходить его. Мак Реди? Нет, конечно, не он. Навотски? Возможно.

Его мысли мелькали в беспорядке, и это было неприятно.

— Ты должен понять, что мне будет трудно продолжать работать, словно все идет по-прежнему. Особенно после твоего заявления.

— Я знаю, но мы должны. Будь уверен, Мартин, я буду держать тебя в курсе дела по мере его развития.

— Очень хорошо. Нужно ли принять какие-нибудь дополнительные меры безопасности?

— Никаких. Насколько я могу предположить, штурм будет направлен не на меня… Лично.

Коллигатар имел в своей программе элементарное чувство юмора.

— Значит, никакой дополнительной охраны?

— Никакой. Это может насторожить наших противников. Они закамуфлируют свои намерения. Это может стать смертельно опасным.

— Я понимаю. Мне будет очень тяжело работать, зная то, о чем ты рассказал мне.

— Уже близко зима, — сказала машина. — Я могу предсказать несколько ранних бурь в Центральной Европе. Это послужит мне причиной переехать на зимние квартиры пораньше, по крайней мере до тех пор, пока угроза не минует.