— Да, поэтому наши корабли и отправились к звездам. Но перенаселение должно было… Послушайте, я понял, в чем вы водите меня за нос, — заявил вдруг Стэмп. — У вас уже есть планета, так? Кто-то из наших конкурентов нашел подходящий мир и вернулся раньше нас. Черт побери, ведь у нас был самый совершенный корабль…

— Да? В чем это проявлялось?

— Всего было запущено 5 звездолетов — каждый блок сумел набрать средства только на один корабль, хотя и рассчитывал, что к их возвращению научится клепать дешевые транспорты. Американский, европейский, арабский, китайский и японский. Но только наш и японский звездолет не зависели от резерва горючего, обладая способностью конвертировать в энергию рассеянную в космосе материю. Но при этом, хотя у японцев были более совершенные компьютеры, наш корабль был больше и лучше защищен он всякого рода опасностей. Его официальное имя — «Надежда», хотя все звали его «Последней надеждой». Мы обследовали много миров, кое-где даже была жизнь, но ни один из них не был пригоден для человека. И я убежден, что европейцам, арабам и китайцам не хватило топлива, чтобы добраться до чего-нибудь стоящего. Они должны были повернуть назад. Мы тоже могли это сделать, ибо понимали, что время идет и наша помощь Земле, скорее всего, уже опоздала — но, с другой стороны, что мы теряли? И вот мы нашли планету, черт ее побери. Я провел в космосе 18 лет, я остался один из всего экипажа, я дотянул до Земли корабль в аварийном состоянии чтобы узнать, что чертовы япошки нас обштопали!

— Уверяю вас, вы ошибаетесь. Все корабли, вернувшиеся до сих пор, вернулись ни с чем. Но население Земли действительно не нуждается в колонизации диких планет.

— Я хочу встретиться с астронавтами других кораблей.

— К сожалению, это невозможно. Они вернулись слишком давно… этих людей уже нет в живых.

— Вот что, мистер Нолсио. Я выжил один из всей команды, потому что у меня хороший нюх.