Она отсутствовала всю ночь.

Прижавшись друг к дружке, котята молча спали в своей коробке.

Но мы были в тревоге. Утром пошли искать нашу гулену и обнаружили её на крыше двухэтажного дома, в окружении четырех котов. Мы стали звать: "Дуся! Дуся! Кис-кис!" Бесполезно.

Она не реагировала на наши призывы. Нас словно не существовало.

Ну, мы-то - ладно! А котята?

И тогда мы придумали.

Мы вернулись. Взяли одного котёнка и снова пришли к дому, на крыше которого проходила неурочная свадьба Дуси. Котёнок только-только открыл глаза. Он молча лежал у меня на ладони.

Мы снова стали звать его блудную мать. Никакой реакции.

Я уже, грешным делом, подумал, что нужно ущипнуть котёнка, как вдруг он, к своему счастью, запищал. Совсем тихо.

Но Дуся услышала. Её словно ветром сдуло с крыши. Коты-женихи бросились следом. Но она кинулась к нам. К своему дитяти. Ага! Подействовало! Всей компанией мы дружно двинулись домой.

Дуся бежала сбоку, тревожно поглядывая на мои руки.

Коты-негодяи трусцой семенили следом.

Мы оглядывались на них с презрением. Мерзкие твари!

Мы убедились - материнские чувства - сильнее.

Хотя мы понимали, что пользуемся запрещенным, почти садистким приемом.

А что еще мы могли сделать?

Разве может кто-то заменить котятам их мать?