- Что, моя дорогая? - раздался мягкий, бархатный голос. Освещаемое неустанным огнем, его морщинистое лицо казалось непроницаемым. Шестьдесят лет полной опасности и приключений жизни придали ему совершенно отрешенный вид.

Она встала рядом, и взгляды их встретились.

- Что это? - тихо спросила она.

- Ты сама понимаешь, - с грустью ответил волшебник.

Джил встревоженно оглянулась. Здесь царил страх, и Джил не покидало ощущение нависшего в ночи Зла. Здесь она испытывала тот же странный, леденящий ужас, будто некий злобный и непостижимый разум проникал сквозь пучину времени.

- Они уже здесь? - прошептала она.

Ингольд ласково обнял ее.

- Сходи-ка за своим оружием, детка.

Ее глаза казались фиолетовыми в голубоватом волшебном свете. Минальда смотрела, как Руди одевается.

- Что случилось? - спросила она.

- Не знаю, - тихо, чтобы не разбудить принца, сладко спавшего в своей золоченой колыбели, ответил Руди. - Мне лучше пойти туда.

За месяц жизни в этом мире он привык к незнакомой одежде и больше не чувствовал себя неловко в домотканых бриджах, рубашке с длинными рукавами, тунике, высоких сапогах до колен и богато вышитом плаще, который он снял с убитого вельможи после страшной битвы с прислужниками Тьмы в Карсте. Но он все еще оплакивал удобство джинсов и ковбойки. Руди пристегнул меч и наклонился через пеструю груду шелков, чтобы поцеловать девушку, безмолвно наблюдавшую за ним.

- Ты придешь проводить нас?

- Нет, - тихо сказала она. - Не могу, Руди. Путь в Кво долог и опасен. Кто знает, даже если вы найдете Архимага, будет ли это концом вашего путешествия? - В слабом фосфоресцирующем волшебном свете он увидел слезы в ее глазах. - Я не люблю прощаний.

- Ну что ты, - Руди снова нагнулся к ней, лаская шею и плечи, тяжелые темные волосы струились сквозь его пальцы, он мягко привлек ее к себе и поцеловал в губы. - Ну что ты, ведь со мной будет Ингольд. Все образуется. Сама подумай: разве есть на свете кто-нибудь настолько выживший из ума, чтобы связываться с этим старым чудаком? Так что это и не будет прощанием.