– Я не согласен! – горячо воскликнул Ханмурадов и для убедительности ударил кулаком по колену. – Оставить аэроплан! Тебе!

Сузи улыбнулся.

– Ты хорошо знаешь Бусю Шкляра? Советую познакомиться с ним поближе. Худенький, маленький, голосок тоненький, на вид мальчишка. А голова – на вес золота, другой такой не купишь… Заместитель главного инженера «Дирижаблестроения».

– Это ты к чему? – спросил Ханмурадов.

– Одно к одному, – ответил Сузи, попыхтев трубочкой, и задал Ханмурадову новые вопросы.

– Ты ведь не один работал над твоими воздушными столбами?

– Ну, конечно, не один. У меня есть помощники. Ты сам их видел.

– И хорошие, надежные?

– Хорошие… Нет, я так не могу разговаривать. Что это за разговор? То об одном, то о другом. Словно игра в загадки-отгадки! Говори прямо, что тебе надо?

– Один у тебя недостаток – горячий ты, Махтум!

– Солнце у нас жаркое, кровь горячая. Оттого и горячка!

– Мы выросли с тобой под одним солнцем, а вот я научился владеть собой. Ну, не кипятись, как чайник! Ты хочешь, чтобы я сказал тебе прямо, чего я хочу, – скажу прямо. – И Сузи медленно и внятно, почти тоном приказания проговорил: – Я хочу, чтобы ты, Махтум Ханмурадов, оставил свои воздушные столбы на попечение твоих помощников, а сам отправился со мной в Москву, чтобы заняться другим делом.

– Я? Чтобы я бросил столбы? Уехал? Изменил безмоторному транспорту? Никогда! Ни-когда-а!!

– Ну, я тоже не могу так разговаривать, – сказал Сузи. – Или садись и слушай меня, или прекратим этот разговор!

Ханмурадов безнадежно махнул головой и опустился возле Сузи, пробормотав сердито:

– Вот что сделал север с человеком… Кусок льда!

– Никто не принуждает тебя к измене, – начал Сузи. – Наоборот, если только ты не взорвешься опять, как пороховая бочка, и спокойно выслушаешь меня, ты узнаешь, что о безмоторном воздушном транспорте и будет моя речь. Но только в гораздо более широких масштабах.