Это была великая битва, и он выиграл ее у Хранителя. Но даже когда Йорус пытался вспоминать перипетии сражения, подробности разлетались, словно солома на ветру. Это было слишком давно. Слишком давно... как и эти судорожные вспышки Силы. Пальцы К'баота соскользнули с бороды на медальон, прилипший к коже на груди. Прижав ладонь к теплому металлу, он снова подумал о тумане, застилающем прошлое, попытался вглядеться в него. Да, он не ошибается. Те же самые вспышки трижды случались в прошлом с небольшими перерывами. Появлялись, некоторое время не оставляли его в покое, а затем резко и надолго затихали. Будто он, давно научившийся пользоваться Силой в течение некоторого времени помнит, как это делается, а потом почему-то забывает.

Он не понимает, в чем дело. Но это его не беспокоит, а следовательно, и не имеет значения.

К'баот внутренним зрением различил, как на орбиту вышел имперский истребитель; он очень высоко, скрыт облаками, и никто на Йомарке не может его увидеть. Когда спустится ночь, один из его шаттлов совершит посадку и заберет Йоруса. Вероятно, на Таанаб, - подумал он, - чтобы помочь в координации еще одного из многочисленных мперских нападений.

Не хочется заранее думать об ожидающих напряжении и боли. Но все mb. окупится, когда он приберет к рукам всех Джедаев. Он переделает их а свой манер, и они станут его слугами и последователями на всю оставшуюся жизнь.

А тогда даже Адмиралу Трауну придется признать, что он, Йорус К'баот, знает, в чем состоит истинное назначение власти.

ГЛАВА 2

Извини, Люк, - послышался Сквозь помехи связи голос Виджа Антилеса, - я нажимаю на рычаги, какие приходят на ум, в том числе и на те, прикасаться к которым мне не по рангу. Но дело не сдвигается с мертвой точки. Какой-то толкач повыше меня отдал приказ, чтобы корабли обороны, принадлежащие слуисси, ремонтировались в первую очередь. Пока мы не найдем этого парня и не испросим у него особой милости, не удастся получить в свое распоряжение никого, кто притронется хотя бы пальцем к твоему крестокрылу.