Втайне надеясь, что все происходящее - сон, Глеб наклонился над телом:

-Мужик, может тебе "скорую"?

Человек невысокий, широкоплечий. Лицо превратилось в сплошное кровавое месиво. К счастью, подробностей не видно - лицо прикрывает капюшон. На неестественно вывернутых, переломанных ногах - высокие резиновые бахилы. Скорее даже комбинезон.

Рука в черной перчатке безвольно упала на асфальт. Из складки прорезиненного плаща выскользнула струйка дождевой воды. Тихий всплеск проник в глубину души, осветил самые темные уголки, выставил напоказ потаенные мысли. Обостренные чувства уловили тонкие вибрации, пронизывающие пространство:

"Никто не видел!" - горячо шепчет Лес. "Избавьтесь. Избавьтесь от него!" печатают капли Дождя. "Вы молоды, ваша жизнь только начинается!" - по змеиному шипит Дорога. "Бросьте его. Уезжайте!" - стонет ущербная Луна.

-Что же теперь делать?

Глеб находится не сразу:

-Давай... отвезем его... в больницу?

-А может...

-Что?

-Ничего.

Инна двинулась, как автомат.

Тело отвратительно холодное, очень тяжелое, как-то странно мягкое и неудобное. Инне кажется, что человек шевелится, пытается захватить с собой пригоршню гравия с обочины, вцепиться в трещины асфальта. Она заглядывает под капюшон - надеется услышать дыхание.

Нет. Ни единого звука. Ни единого вздоха. Мертвец.

Глеб воспринимает все происходящее, как сцену из фильма ужасов: частокол мрачного леса, пустынный участок дороги, залитый призрачным светом и два подозрительных субъекта, нависшие над окровавленным трупом. Что они вообще собираются делать с несчастным?..

Безжизненное тело вдруг извернулось с ловкостью пантеры. От резкого удара в грудь Глеб брякнулся на асфальт. Инна отлетела к машине.

Покачиваясь, в свет единственной фары, забирается скрюченная фигура. Капюшон сполз на подбородок. Прорезиненный плащ стал похож на крылья летучей мыши.

-Мужик, да мы тебе помочь хотели! - обрадовано мычит Глеб.