Что-что? Хе-хе-хе. Ну конечно, тут есть всякие свои сложности, и с символикой, и всё такое. Но ведь главное не это? Главное - это что у тебя там внутри... в сердце, если хотите. А символика эта вся... не знаю, не знаю. Хотя, конечно, народу это надо. Да и нам тоже, в общем-то, не вредно. Верите ли, даже меня - меня! - иногда так и тянет перекреститься...

Почему же нет? Вполне серьёзно считаю. Вот, если вы слышали, есть такое мнение - бандит, дескать, перекрестится на церковь, а потом спокойно пойдёт себе убивать, грабить... как это сейчас называют, рэкетировать... А я так думаю - лучше пусть перекрестится. Может, от чего-то это его удержит. А не удержит, так потом... напомнит. Я, знаете ли, после всего очень многое передумал, переосмыслил как-то. И что-то понял для себя. Это, знаете ли, дорогого стоит... Конечно, теперь-то уже поздно, но всё-таки, в каком-то высшем смысле, может быть, и нет. В доме Отца Нашего горниц много. Может быть, и нам с вами найдётся закуточке какой-нибудь, как вы думаете, а?

Ой, что-то я много болтаю. Вы не обращайте внимания, это у меня от волнения. Да-да, если вы заметили, я тоже волнуюсь. Да-да, не только вы волнуетесь, но и я тоже. Это ж не так всё просто.

Вы, Виталий Аркадьевич, не в обиду вам будет сказано, всё-таки немножечко эгоист. Вы простите, что я вам так прямо это говорю, но ведь правда же, да? Вы вот сидите и думаете о себе любимом. Что вам сейчас, дескать, тяжело. А ведь не только вам тяжело. Мне в каком-то смысле тоже тяжело, да. Я ведь принимаю на себя ого-го какую ответственность. Так ведь - чик, и нету. А у нас с вами - это всё совсем, совсем по-другому. Это, фактически, что-то вроде, как вы это называете, "отношений" - ну вы понимаете, о чём я говорю, да? В общем, такая близость... Да, именно близость, очень хорошее слово. Близость. Связь. Это связывает, да. Даже на уровне чисто психологическом. Ну и, конечно, организационно... но мы об этом попозже поговорим, хорошо? После всего. Тогда и поговорим. Ладушки?