Но девочка не завелась. Сникла и сказала шепотом:

- Конечно, я сама виновата, что нахлебалась... и что ты тащил меня... в таком виде.

Лесь хмыкнул:

- Все из-за купальника переживаешь, что ли? Ты отстала от современной моды. На Карташевском пляже, например, нынче все вообще голые купаются. И ребята, и большие дядьки и тетки...

- Моя мама говорит, что это безобразие. Когда родители с детьми, то можно, а если чужие люди, то это просто ужас.

Лесь рассудительно уточнил:

- Но мы же не как на Карташевке. И к тому же мы с тобой теперь уж никак не чужие...

Девочка приподнялась на локтях:

- Почему?

- Посуди сама, - веско сказал Лесь. - Я же тебя от погибели спас. Значит, ты благодаря мне второй раз на свет родилась. Выходит, я тебе... - он слегка дурашливо посмеялся, - второй мама и папа. - И повернулся к девочке. Они встретились глазами. Девчонкины светло-карие глаза были большими от прихлынувшего испуга.

- Значит... я, правда, чуть не утонула?

- Ну, посуди сама, - опять сказал Лесь. - Ногу ты вытащить не могла. Один раз хлебнула воды, второй... А потом бы - волна посильнее, а ты уже и стоять не можешь. Тут бы и все... Если бы меня не было.

Девочка уперлась подбородком в гладкий камень, прижала к ушам ладони.

- Ой, мамочка...

Лесь опять встревожился за нее.

- Да хватит уже! Все ведь прошло.

- Ага... - послушно сказала девочка. Но вдруг вспомнила: - А если бы тебя тут не было, я бы и не полезла купаться.

- Выходит, я виноват, - буркнул Лесь. И понял, что в самом деле виноват.

- Нет, что ты! - испугалась она. - Это я... сама... - И вздрогнула.

- Ладно, грейся... И не бойся, я на тебя не гляжу, раз ты такая... сверхсмущательная.

Девочка отозвалась тихонько и доверчиво:

- Я и не боюсь... тебя. Только если кто другой увидит... Вдруг знакомые? Могут маме нажаловаться, что купалась без спросу.