- Чтобы складывать все, что отыщешь на свалках.

- Ну, естественно, - согласился Лесь. - Мама, скажи Це-це, чтобы ничего не трогала у меня на столе...

- Лось! Ты опять? Почему ты так называешь свою... почти родную тетю?!

- А как ее называть? Полное имя говорить - язык вывихнешь. А "тетя Цеца" - вообще смешно, такого имени даже и не бывает. И она не тетя, а дама...

- Лесь, ты дождешься...

- А что я сказал? - Лесь изобразил вежливое недоумение.

- Она - наше спасение. Я целый день на работе, дяди Симы неделями нет дома, а она... Смотри, сегодня ни свет ни заря уже отправилась на рынок.

- Вот и хорошо. А меня пусть не воспитывает... Каждый раз, как приду, она будто случайно мне поясницу щупает - не сырые ли плавки. "Лесик, ты опять купался без спросу? Я умру от беспокойства... "

- Потому что волнуется за тебя. Она тебя любит... И ты должен ее любить, раз вы с дядей Симой такие друзья. Она же его родная сестра!

- Ну, я и люблю... официально. - Лесь хитро сложил рот "восьмеркой": один край нижней губы - вверх, другой - вниз, и верхняя губа - так же. А имущество мое пусть она не трогает. У меня все разложено как надо, а она...

- Да она и не входит к тебе в комнату. Потому что отчаянно боится твоего желтого зверя.

Лесь растянул губы в улыбке:

- Вот и славно... Мам, а когда дядя Сима приедет?

- Не знаю, он обещал позвонить мне на почту... Зачем ты толкаешь носки в карманы? Не смей!

Но Лесь затолкал. Взял сандалии и похлопал их друг о дружку.

- Ну что ты за чудо-юдо непутевое, - жалобно сказала мама. - Почему до школы надо топать босиком?

- Берегу сандалеты. На одной уже подошва отстает.

- У тебя же есть почти новые кеды.

- А сандалии должны дожить до двадцать первого числа!

- Ты весь оброс приметами, как неграмотная бабка.

- Вовсе не как бабка! У меня к приметам научный подход... Ну, я пошел!